СПбГУ
 
 
Главная
Положение о ППО «Универсант»
Руководящие органы
Ваши права в трудовых отношениях
Наши публикации
Публикации о нас
Как вступить в наш профсоюз
Наш форум



Пишите нам:
universantspbsu@gmail.com


Санкт-Петербург
2009-2014



Яндекс.Метрика



Российский Профсоюз Работников Культуры


11.01.2015

Зазеркалье и его персонажи
«КОЛЫМСКИЙ ДИАЛОГ»

«Он ошалел от страха, глаза его сошлись к переносице, а рот так округлился в безмолвном крике, что стал чуть ли не больше всего лица…»
Л.Кэрролл «Алиса в Зазеркалье»


– Эй! Эй! Давай веселей! Из транспорта вылезай, реквизит для мероприятия получай!

Массивная дверь «столыпинского» вагона с глухим металлическим лязгом отъехала в сторону, и стылый уличный воздух ворвался с клубами морозного пара внутрь железнодорожной теплушки, жадно выгрызая остатки накопленного массой человеческих тел тепла. Инстинктивно отпрянувшие от дверного проема члены Наиученейшего совета слегка расслабились, увидев внизу знакомую фигуру маленького, суетливого и верткого как тифозная вошь Влиптора Петлюровича Жмуралева. Он быстро раскладывал на установленных поодаль грубо сколоченных деревянных столах листы бумаги со столбцами фамилий. Все Зазеркалье знало, что Жмуралева вновь «перебросили на фронт» Наиученейшего совета из-за полной недееспособности Люсьены Педровны Гробовой.

– Господи, где это мы? Куда они нас завезли? Что это за место? – почтенная профессура дикими от ужаса глазами разглядывала покрытые бескрайней тайгой унылые приземистые сопки. На переднем плане виднелись опоясанные рядами ржавой колючей проволоки ровные ряды тронутых временем деревянных бараков.

Поскольку вся международная деятельность Зазеркалья свелась из-за внешнеполитических осложнений к изучению богатства форм и разнообразия сортов столь любимой Никодяем Макайловичем Гробачевым корейской морковки, выход из сложившейся ситуации пришлось искать, прямо скажем, нетривиальный. На неосвоенные, но нестерпимо жегшие им руки средства «эффективные менеджеры» решили организовать выездное заседание, посвященное борьбе с коррупцией и повышению трудовой дисциплины. Для большей достоверности происходящего и достижения максимального воспитательного эффекта гробачевская администрация в рамках спешно организованного «Диалога Зазеркалье – Колымский край» арендовала у местных властей территорию заброшенной зоны строгого режима 1930-50-х гг.

– Ну, чего стоим, кого ждем? – беззлобно и отрешенно подал голос начальник Главного управления по борьбе с персоналом (в просторечии – ГУБОП) Велимир Вальпургиевич Ерепеев, поигрывая наборной рукоятью положенной ему по должности длинной кожаной плетки с внушительных размеров «моргенштерном» на конце. – Проходим на регистрацию, не толпимся! Мужчины – налево, женщины – направо!

В отличие от своего предшественника Жмуралева, исполнявшего вертухайские обязанности с упоением, опытный администратор Велимир Ерепеев боролся с персоналом вяло, крайне неубедительно и в высшей степени безынициативно. И опыт славной комсомольской юности, и многолетнее внезапно оборвавшееся сиденье в Центральной наборной комиссии приучили Велимира Вальпургиевича к осознанию превратностей судьбы и шаткости любого возвышения, грозящего каждый день обернуться очередным падением. Если большинство руководящих работников Наиглавнейшего здания всегда стремились «бежать впереди паровоза» для демонстрации беспощадности к «врагам рейха» и достигали невиданных высот административного мракобесия, то Ерепеев больше всего боялся вновь оступиться на скользких шпалах зазеркального «пути в никуда» и самому оказаться под безжалостными колесами гробачевской «машины смерти». Портить отношения с трудящимися он явно не хотел, поэтому зловредный «персонал» хоть и нес ощутимые потери, но сдаваться не собирался, по-прежнему требуя надбавок, равной оплаты за равный труд, отмены годичных «эффективных контрактов» и не желая улучшать зазеркальную статистику безвозмездной публикационной активностью.

– Ну что, пошли! Пора уже! – недовольно сказал Никодяй Гробачев, наблюдая из окна комендантского корпуса за толпой членов Совета, ковыляющих по приставленным к дверным проемам теплушек деревянным сходням и получающим по спискам ватные бушлаты с нумерованными бирками, стоптанные валенки и видавшие виды шапки-ушанки. Сам Никодяй Макайлович прибыл на мероприятие в спальном вагоне-люкс с охраной, прекрасно отдохнул и чувствовал себя полным сил. – Давай вставай! Как ты вообще можешь есть эту дрянь?

– Щас, ну не пропадать же добру! – буркнул сидевший позади эректора Хилья Ализзадович Химентьев, уплетая с завидным аппетитом из щербатой алюминиевой плошки какую-то клейкообразную серую массу и заедая ее липкой и тягучей как жевачка тюремной «чернягой». – А чо, ничуть не хуже, чем у Гоньки Возильева в столовке рыбные биточки! Рыба, кстати, на ужин будет. Фирменное блюдо, «могила» называется!

– Почему могила? – переспросил Гробачев, вытягивая в любопытстве шею. Крупный специалист по Уголовному кодексу знал свой предмет лишь понаслышке, в теоретической его части.

– Да там из мерзлой тушеной хряпы головы селедочные торчат! – заливисто заржал Химентьев, явно довольный произведенным на поморщившегося Никодяя Макайловича эффектом.

Все Зазеркалье знало, что руковводитель гробачевского препарата любит пожрать от души, причем способен проделывать это в любое время, в любом месте, в любом количестве и в любом ассортименте. Встречи с контрагентами для получения «откатов» назначались им в лучших ресторанах губернского города и окрестностей. В результате одежда квадратнозадого прозектора регулярно «подрастала» на один размер в год – не помогали ни плаванье в бассейне, ни банные процедуры, ни плановые посещения директора Химического учебного института.

– Ну все, иду, иду, – примирительно молвил Химентьев, тщательно облизывая обгрызенную поколениями зеков алюминиевую ложку. – Все равно, пока эти клячи до места дочапают, рак на горе свистнет.

Свежая мысль Хильи Ализзадовича была прервана раздавшимся из соседнего покосившегося дощатого барака металлическим лязгом, глухим звуком упавшего тела и сопровождаемым сдавленной руганью хлюпаньем, заставившим Гробачева с Химентьевым пулей выскочить на улицу. Оказалось, что первый прозектор Гарри Алькаидович Гоблинский, долго и с нескрываемым любопытством разглядывавший установленную в дальнем углу старую железную парашу, решил использовать артефакт по прямому назначению. Успехом попытка не увенчалась: ржавое ведро треснуло, и долговязый прозектор, потеряв равновесие, сверзился со своего насеста на промерзлый земляной пол и теперь тщетно пытался оттереть замызганный рукав драной телогрейки о распоротый соломенный тюфяк. При виде этой картины брезгливого Гробачева тут же затошнило, он покачнулся и с ненавистью посмотрел на растиравшего поодаль обмороженные уши организатора «форума» Алексахия Гого-Блефского: на закупку десятка «параш тюремных аутентичных» тот потратил более полумиллиона подотчетных рублей.

Сморщенная от холода словно печеное яблоко лысина Алексахия Вредимировича покрылась бисеринками пота, тут же превратившимися в стылые белые горошины.

– По-поставщик по-подвел, Никодяй Макайлович! – залепетал, отчаянно заикаясь, мастер по устройству разнокалиберных «диалогов». – Ка-как лучше хотели, по-понатуральнее, вот и пе-перестарались...

Идти бедняге Гого-Блефскому было совершенно некуда. На рубеже «нулевых» и «десятых» этот вечный кандидат на любые вакантные должности разграбил до основания в семейном подряде с женой один провинциальный педун, в котором временно подвизался руководителем. После писем возмущенного коллектива несчастный разоренный педун расформировали по программе укрупнения вузов, и чета Гого-Блефских вернулась несолоно хлебавши обратно в Зазеркалье. Обегав в поисках трудоустройства весь губернский город с пригородами и получив везде отказ, Алексахий Вредимирович бросился от безысходности в ноги старому приятелю Нелакаю Грехниевичу Скопцову.

Гого-Блефский взял прозектора по намучной работе, а также Гробачева с Химентьевым буквально измором. День за днем он являлся в Наиглавнейшее здание с первыми петухами и уходил поздней ночью, старательно расписывая свои выдающиеся таланты и грядущие благодаря им молочные реки с кисельными берегами. Став заменителем Скопцова, в качестве ответной благодарности «мастер экспертизы» немедленно начал инсинуировать против него в надежде банально «подсидеть» (подобный фокус он уже проделал в свое время в Институте гуманитарной помощи), но в этот раз просчитался. Сидевшего на огромных намучных деньгах Нелакая Грехниевича все-таки слили, но заменив не на прохиндея Гогу, а на химентьевского ставленника Серия Палковича Тузика.

– Уберите отсюда эту дрянь! – недовольно поморщился Гробачев. – Нет, не Гоблинского, а эти ваши... артефакты!!! Лучше бы материалы сегодняшнего мероприятия издали как следует!

– Ко-конечно, издадим, Никодяй Макайлович, обязательно издадим, – заюлил мелким бесом Алексахий Вредимирович, – все в лучшем виде, как обычно, не извольте бе-беспокоиться!

Про выкрутасы мелкого жулика Гого-Блефского по Зазеркалью ходили анекдоты. Так, немецкие участники одного из «диалогов» второй год тщетно пытались выбить из аффилированной с Алексахием Вредимировичем фирмочки «Марабу» авторский гонорар за изданный ею и давно проданный тираж сборника статей. Сперва горе-издатели клятвенно обещали всем всё заплатить, затем перестали отвечать на звонки, а в итоге фирмочка растворилась в зыбких почвах Зазеркалья...

В середине лагерной площади с целью демонстрации неотвратимости наказания была установлена большая стальная клетка. В ней угрюмо сидели, взирая исподлобья в партер, нанятые на условиях почасовой оплаты бывшие сотрудники Управления материально-технической базы. На груди у каждого из них красовались пояснительные бейджики с надписями «Вор», «Расхититель», «Казнокрад», «Пособник», выведенными крупными черными буквами. Внутри большой клетки находилась вторая, размером поменьше. Установленные в ней две черные железные табуретки с табличками «Шашкина» и «Петреев» были демонстративно вакантны.

Начальник Юродического управления Урий Пленов зачитывал бесцветным надтреснутым голосом вступающие с Нового года в силу утвержденные Эректором Зазеркалья дополнения к Памятке о борьбе с коррупцией:

– если ваши студенты пытаются всучить вам на день рождения (23 февраля, 8 марта, иные государственные и персональные праздники) букет цветов (коробку конфет, иные предметы и продукты), помните: это – коррупция! Ни в коем случае не оставайтесь с ними наедине!!! Постарайтесь, не привлекая внимания, попросить их четко и внятно сформулировать свои требования! Привлекайте свидетелей! По возможности зафиксируйте факт беседы на электронном носителе!

– если ваш сын (дочь) требует увеличения его (ее) финансирования по программе «Завтраки школьные детские (подростковые)» на сумму, превышающую ключевую ставку рефинансирования Центрального банка, помните: это – коррупция! Ни в коем случае не оставайтесь с ним (с ней) наедине! Постарайтесь, не привлекая его (ее) внимания...

– если ваша супруга (сожительница) требует совершения акта купли-продажи (намекает на желательность события приобретения) предмета личного пользования «Сапоги женские зимние (демисезонные)», парфюмерно-косметических изделий, иных предметов личного пользования в нарушение сроков носки (пользования) указанных (-ми) предметов (-ми), установленных Приказом Эректора от 01.01.2015 №2384693944/619, помните: это – коррупция! Ни в коем случае не оставайтесь с ней наедине! Постарайтесь, не привлекая ее внимания...

– Совсем ёкнулись! – обреченно прошептал в третьем ряду, потеряв бдительность, интеллигентного вида профессор-физик с классической академической «эспаньолкой». Придя в себя, он испуганно посмотрел на соседей справа и слева, на всякий случай отодвинувшихся от него как можно дальше.

Панельная дискуссия велась с небывалым доселе надрывом, открытостью и остротой. Гоннорий Возильев с пунцовыми от волнения ушами торжественно сообщил, что, заручившись поддержкой своей супруги Холерии и детей, написал в следственные органы заявление на собственных отца и дядю. Бескомпромиссный прозектор МТБ внезапно узнал, что именно они являются учредителями коммерческих структур, с завидной регулярностью выигрывающих конкурсы на проведение в Зазеркалье ремонтных работ, поставку товаров и оказание услуг.

Десятиминутное гавканье Гади Бабаглюк сопровождалось звенящей, гнетущей морозной тишиной. По его окончании дежурный ветеринар пояснил, что общий смысл выступления прозектора предельно прост: равномерное распределение бюджетных средств, а также средств от приносящей доход деятельности среди всех категорий сотрудников не только нежелательно, но и крайне опасно. Тем самым работодатель может породить у персонала преступные иллюзии, что в Зазеркалье можно что-либо заработать преподавательским трудом, провоцируя тем самым коррупционные ожидания.

Рядом с железной клеткой, прямо в центре площади, стараниями директора Института землеройных наук Сегрия Витольдовича Апломбова была выдолблена узкая, напоминающая колодец яма, из которой торчала порядком поседевшая, но пока еще черноусая голова Сервия Иевлевича Болданова. Напротив нее на высоком помосте под брезентовым балдахином восседал Гробачев с прозекторами, а также члены Эпической комиссии. Этим для присутствующих воочию обозначались беспредельная низость злодейства, с одной стороны, и недосягаемое величие власти – с другой.

Сзади над ямой стоял в полуприседе Руперт Эритрестов с деревянной колотушкой на толстой длинной рукояти, для того чтобы подсудимый не смел поднимать своего нечестивого взгляда вверх, к сиятельным ликам Эректора, прозекторов и пенсионеров-активистов. Этим для персонала пояснялось, что созерцание начальства уже само по себе есть великое счастье, которого лишаются недостойные.

Сервий Иевлевич уже получил два раза по темени и теперь, немного оглушенный, смотрел в землю недвижным, слегка помутившимся взглядом, страшно переживая, что его очередная попытка слинять с концами от «молочного брата» Коди в столичное издательство «Русский мор» вновь не увенчалась успехом.

Слева от края ямы пританцовывал на морозе Адольф Пьянсон с большой пористой губкой в руке. Участники «форума» гадали, будет ли Адольф Асфиксиевич промокать из сострадания чело подсудимого или, наоборот, орошать его пересохшие губы, но к единому мнению так и не пришли.

На трибуну со скорбным видом кающейся Магдалины медленно и величаво поднялась Любомила Вербинская. Ломая руки и тряся головой, она дрожащим голосом обманутой в лучших чувствах гимназистки полчаса причитала, что все последние двадцать лет только и мечтала, как бы отменить на Словоблудческом факультете вступительные экзамены. Однако Сервий Болданов и Евлений Юрцов коварно обманывали ее, прикрываясь душевным состраданием к нищим коллегам, которых никак нельзя лишить куска репетиторского хлеба. Обо всех этих злоупотреблениях, о «мертвых душах» и подпольных миллионах в Центре патриархального словоблудия лично она ничего, абсолютно ничегошеньки не знала!

– Гений Никодяя Макайловича сделал с нашим славным вузом то, о чем я мечтала пятнадцать лет, но стеснялась сказать. Простите, простите меня! Организатором всех преступных схем был именно этот негодяй! – указующий перст Любомилы Апоплексеевны плавно описал полукруг и буквально впился в сидящего в яме Болданова.

Обалдевший и вспыхнувший от злости Сервий Иевлевич уже набрал было в грудь побольше воздуха, чтобы изобличить многолетнюю подельницу в ее беспардонной лжи, но подскочивший сбоку Адольф Пьянсон ловко запихнул ему в рот резиновую губку. Руперт Эритрестов засадил бедняге колотушкой по затылку, и несчастный Сервий ткнулся подбородком в край ямы, прикусил язык и теперь лишь смутно мычал, закатив глаза и водя щеками по земле.

При упоминании вступительных экзаменов сидевший в первом ряду партера Анахроний Вдую мечтательно зачмокал губами, просиял лицом, затем сник и тяжко вздохнул. Опомнившись от потери бдительности, Анахроний Стеклянович вздрогнул, громко испортил воздух, воровато огляделся и вскочил с места.

– Да здравствует наше руководство, самое… самое, блин, руководящее руководство в мире! – заблажил он, подпрыгивая от напряжения. – Желаю, блин, чтобы все... и, ептыть, всегда... вот! Никодяй Макайлович, просим вас, просим!

На трибуну, разминая по ходу движения губы, поднялся Никодяй Гробачев.

– Так, пишите! – давясь от волнения слюной, громко зашептал двум стенографисткам Алехвостий Альфонсович Замарзин. В обязанности зазеркального пресс-папье входил, помимо прочего, художественный перевод потока гробачевского сознания с языка клиники нервных болезней на обычный русский. Для страдавшего со школьных лет патологической безграмотностью Замарзина это было невыносимо тяжким испытанием. – Эректор изволил напомнить, что до его интронизации в нашем вузе было много нарушений, одни нарушения, ничего, кроме нарушений, вовсе не было... Эректор соблаговолил добавить, что никто не знал, сколько зданий на балансе, стен и квадратных метров в зданиях, окон в стенах, стекол в окнах, книг в библиотеках, мышей на складах, шнурков в ботинках персонала...

Так, опять про Шашкину и Петреева... разворовали всё Зазеркалье... сперли всё, что не было приколочено гвоздями... нет, гвозди тоже сперли... Чердак, подвал, актовый зал... осуждены судами всех инстанций, в том числе пенсионерами-активистами и его личным судом... почему-то продолжают до сих пор занимать руководящие должности... Эректор изволит гневаться, бегать по сцене и топать ногами... материалы переданы в Гаагский трибунал и Стокгольмский арбитраж... Эректор изволил успокоиться... так, еще они пытались украсть топограф... наверное, на Факультете геодезии... нет, не топограф, томограф у медиков пытались украсть... нет, украли, но потом вернули... нет, не вернули... нет, не томограф, а его томограмму головного мозга... чтобы доказать в суде, что он болен... Эректор изволит хихикать... карточки медицинские хотели продать налево... нет, не просто налево, хотели продать Аль-Каиде... нет, не Аль-Каиде, это Гарри Алькаидович им помешал, подписал заяву в ментовку... хороший работник Гарри Алькаидович, ценный... любую заяву подпишет... и не только заяву... Эректор соблаговолил вспомнить, как семь лет назад в присутствии Гарри Алькаидовича сорок минут глумился над престарелым прозектором Трианом... Эректор изволит хихикать... Все, дальше не надо писать, это часа на полтора, возьмем из архива десятого года. Сидим пока, курим. Если чего упустим – у нее возьмем...

Замарзин устало кивнул на тщательно конспектировавшую в первом ряду излияния своего кумира декана Психоделического факультета Авву Ватиновну Шалтай-Болтас, шумно выдохнул, вытер стынущий на морозе мокрый загривок и помассировал виски:

– Так, не спим, пишем дальше... Эректор соблаговолил отметить, что бюджетные средства надо экономить... вот, Геенна Гангреновна Чмырнова сэкономила на новогодних календарях... впервые в новейшей истории у нас в этом году их не будет... зато какие деньжищи сберегли... теперь, может быть, самой Геенне Гангреновне на новогоднюю премию хватит... или не хватит... если не хватит, он изволит добавить... потом догнать и еще добавить... полгода исправительных работ... Эректор изволит хихикать... какая тонкая шутка юмора у нашего Эректора... Эректор изволил пояснить, что есть два вида календарей: один – утвержденный им лично, остальные – неправильные... и вообще, всё врут календари...

Внимание, теперь про коррупцию... Эректор соблаговолил уточнить, что неважно, какие и откуда у вас доходы, важно их правильно оформить... вот у прозектора Химентьева, светлая он голова, жена с тремя детьми дома сидит, а годовой доход – почти на лимон больше, чем у мужа... наверняка в «Спортлото» выиграла... или в «Поле чудес»... вновь изволит хихикать... теперь изволит похрюкивать... это не надо писать!!! Стоп, пауза... Эректор изволил добродушно пожурить присутствующих, что они не осознают до конца его гениальности и скромности... у него вообще ничего нет, кроме жалкой зарплаты... он живет по доверенности, по бумагам он – голодранец... ночует, как Гарри Поттер, в чулане под лестницей у своей жены Шутихиной... и не жена она ему вовсе... юродическим языком, сожительница... уж давно как развелся... на Шутихину и ее родню записаны два коттеджа, вилла в Испании, счета в зарубежных банках и юродические фирмы... вновь изволит хихикать...

Эректор изволил сформулировать задачи Главного управления по борьбе с персоналом: 1) видовой отбор персонала; 2) селекция персонала, в том числе плановое межвидовое скрещивание персонала; 3) определение размера минимальной потребительской корзины персонала в целях его дальнейшей минимизации; 4) совершенствование процедуры плановой ликвидации... нет, не ликвидации, сегрегации... нет, плановой аттестации персонала...

Эректор милостиво повелеть соизволил: в связи с истечением срока давности уголовного преследования отвязать от железного столба преподавателя NNN, которая слишком громко разговаривала по телефону, прямо под дверью прозектора Бабаглюк... преподаватель лгала, что звонила якобы по делу... в ходе допроса свидетелей (очевидцев) прозектором Бабаглюк было установлено, что звонков было несколько... все свидетели живы, целы и на свободе, они будут премированы... преподаватель NNN будет выпорота розгами и покусана прозектором Бабаглюк... но не полностью, а лишь частично, так как до этого имела глупость давать А.В.Гого-Блефскому какие-то экспертные заключения… Ну все, кажется, кончил! Бурные, продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию! Все встают (кто еще может). Слышны здравицы в честь Эректора Зазеркалья, прозекторов, правильности курса на открытость и обновление...

– Ну все, темнеет уже, домой пора! – подуставший, но явно довольный собой Гробачев обернулся к зевающему Химентьеву. – Давай, пусть жрут быстрее эту твою... могилу братскую, и грузимся обратно. Постой... Моб вашу ять!!! Где поезд?!!

Поезда не было. Лагерный железнодорожный тупик был абсолютно пуст, лишь зимняя поземка лениво гоняла колючую снежную крупу по растрескавшимся шпалам. На деревянном столбике у места остановки локомотива трепыхалось пришпиленное гвоздиком уведомление о расторжении договора оказания транспортных услуг в связи с отсутствием оплаты.

– Вы что, идиоты, не перевели им деньги?!! – завизжал в припадке бешенства Гробачев. – Я же видел платежку!!! Где Чмырнова?!! Где Возильев?!! Что мне теперь, первого майского парохода здесь ждать?!!

– Так я же, это... экономила я, Никодяй Макайлович, – зубы Геенны Гангреновны отбивали мелкую дробь. – Ничего лишнего никому не давала, ни рублика, ни копеечки, только то, что Хилья Ализзадович велел... а рвачи эти, путейцы чертовы, вы же еще в ноябре платили, говорят, типа по старому курсу, а щас типа тариф другой, ладно, теплушки для крупного рогатого скота, вы, говорят, хоть за спальный-то вагон доплатите...

– Так вы что, не заплатили за МОЙ вагон? – голос Никодяя Макайловича перешел в свистящий шепот.

– Ага, как же, заплатила она, – просиял лицом Минкель Мудилинский. – В суд она на них подала, в родной наш, Возилеостровский! На взыскание неустойки и еще морального ущерба. Я видел, как Пленов иск оформлял...

Дикий, нечеловеческой силы эректорский вой потряс двухсоткилометровое белое безмолвие. «Ууууу», – донеслось в ответ из тайги спустя пару минут. Голодная волчья стая за соседней сопкой тоже почуяла свое «фирменное блюдо»...

P.S. Е.М.Щалтыков-Седрин поздравляет всех читателей с Новым годом и Рождеством!

 

 

 

 

 

 

 

 

comments powered by Disqus

 

 

 

 

 

 

 



Публикации в СМИ

Между рейтингом и мониторингом

Источник: Радио Свобода


«Мы теряем целые направления в науке»

Источник: Радио Свобода


Максим Резник просит защитить преподавателей и сотрудников СПбГУ от новых трудовых договоров

Источник: Конкретно.ru

Источник: «Деловой Петербург»


Лев Лурье: «Выходной Петербург». Университетские войны

Источник: «Деловой Петербург»


Факультеты СПбГУ выступили против решений ректората

Источник: «Деловой Петербург»


Фигуры умолчания. В главном петербургском университете инакомыслящих предложено увольнять

Источник: Свободная пресса


Мы против слияния факультетов СПбГУ

Источник: ВКонтакте


Объединение факультетов СПбГУ – пример деградации высшего образования

Источник: Мой район


Андрей Тимковский и Екатерина Старикова в программе «Двойное дно»

Источник: «ВОТ»


Остановить развал образования

Источник: stoprazval.ru


М. А. Шишкина вошла в десятку самых влиятельных людей Санкт-Петербурга и Ленинградской области

Источник: БалТпп


Студсоюз: декларации ректоров ведущих вузов до сих пор не опубликованы вопреки закону

Источник: studsovet.org


Как уничтожают дворцовый комплекс «Михайловская дача»

Источник: gorod 812


Петиция против сокращения бюджетных мест на факультете искусств СПбГУ

Источник: change.org


Петицию против сокращения бюджетных мест в СПбГУ подписали 9 тыс. человек

Источник: BaltInfo


Невероятные путешествия во времени проректора Васильева

Источник: studsovet.org


Студентам СПбГУ могут поднять плату за проживание в общежитии до 7 тыс. рублей

Источник: studsovet.org


Снова за старое — под гостиницу выселяют целый этаж общежития СПбГУ

Источник: studsovet.org


Ректоры заработали больше президента с премьером

Источник: studsovet.org


Сбор подписей под обращением к Г.С.Полтавченко против закрытия больницы №31

Подписать обращение можно здесь


Открытое письмо несуществующему сообществу преподавателей российской высшей школы

Источник: Свободный университет


Сбор подписей под обращением против обвального сокращения бюджетных мест на филологическом факультете СПбГУ

Подписать обращение и почитать комментарии можно здесь


Сбор подписей под обращением «О необходимости повышения базовых окладов профессорско-преподавательского состава, научных сотрудников и технического персонала государственных вузов»

Подписать обращение можно здесь


ЛИДЕРОВ РСС ЗАВАЛИЛИ НА ВСТУПИТЕЛЬНЫХ В АСПИРАНТУРУ СПБГУ

Источник: studsovet.org


«РАБСТВО НЕЛЬЗЯ МОДЕРНИЗИРОВАТЬ»

Учитель Евгений Ямбург о кризисе школы, культуры, общества

Источник: Новое время


ТИНА КАНДЕЛАКИ: НАЧАТЬ С ПРОСТЕЙШИХ ШАГОВ

Источник: Взгляд


КАК МЫ РЫНОК ВАША ШКОЛА И ПРОГРАММЫ

Источник: spbgunews.ru


"ЗА И ПРОТИВ". С ВОЕННЫХ МЕДИКОВ СОРВУТ ПОГОНЫ

Источник: Piter TV


ОТЧИСЛЕН ВИКТОР ВОРОБЬЕВ

Источник: Studsovet.org


ДЕЛО ВОРОБЬЕВА: ВСЕ ЧУДЕСАТЕЕ И ЧУДЕСАТЕЕ

Источник: Studsovet.org


ПО ВОЛЕ ИМПЕРАТОРА

Источник: Новая газета


СПИН. САМАЯ СОВЕРШЕННАЯ МАСКИРОВКА КОРРУПЦИИ (Ректоры ведущих российских вузов показали, как превратить законы в безвредный анекдот)

Источник: Российское агентство правовой и судебной информации (РАПСИ) , Studsovet.org


ОТЧИСЛЕН ЗА ИНАКОМЫСЛИЕ?

Источник: Свободная пресса


ПЕТР ПЕРВЫЙ РАЗРЕШИЛ РЕКТОРУ СПБГУ НЕ ДЕКЛАРИРОВАТЬ ДОХОДЫ

Источник: Lenta.ru


СТУДЕНЧЕСКИЕ СМИ ОКАЗАЛИСЬ БЕЗ СРЕДСТВ

Источник: studsovet.org


С НОВЫМ ГОДОМ! ПОЗДРАВЛЕНИЕ НЕЗАВИСИМОГО СТУДСОВЕТА СПБГУ

Источник: studsovet.org


ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ТАТЬЯНЫ ТКАЧЕВОЙ ВЛАДИМИРУ ПУТИНУ

Источник: ORATOR


SAKAI-БАЙРАМ

Источник: spbgunews.ru


НОВОСТИ СПБГУ-2025

Источник: spbgunews.ru


ЗАРПЛАТЫ СОТРУДНИКОВ РЕКТОРАТА

Источник: spbgunews.ru


ИСПОЛНИЛСЯ ГОД НАПАДЕНИЮ НА ОЛЕГА КАШИНА

Источник: studsovet.org


М.А.ШИШКИНА. «ГОСУДАРЬ, РЕВОЛЮЦИЯ УЖЕ НАЧАЛАСЬ!»

Источник: Росбалт


СТУДЕНЧЕСКОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ?

Источник: Студсовет СПбГУ


В.Н.ШУЛЬГИН. ТЕРРИТОРИЯ «БЕЗГЛАВЦЕВ»

Источник: Литературная газета


СТУДЕНЧЕСКОЕ ОБЩЕЖИТИЕ – ДОРОГАЯ ШКОЛА ЖИЗНИ (ВИКТОР ВОРОБЬЕВ VS ЛЕВ КАРЛИН)

Источник: телеканал 100ТВ


ПУТИН ПОСЧИТАЛ ЗАРПЛАТЫ РЕКТОРОВ И УДИВИЛСЯ

Источник: РБК daily


СПБГУ: СТУДЕНТЫ ПРОТИВ СИСТЕМЫ

Источник: S&T RF (наука и технология РФ)


КТО У КРОПАЧЕВА АБРАМОВИЧ?

Источник: Наша Версия на Неве №182, 27.06-03.07.2011


ПРОФЕССОР СПБГУ ПОЛУЧАЕТ НЕ 30000, А 30840 РУБЛЕЙ В МЕСЯЦ!

Источник: Наша Версия на Неве №181, 20-26.06.2011


УЧЕНЫЕ ПРОТИВ РЕКТОРА

Источник: Наша Версия на Неве №174, 25.04-01.05.2011


ПРОФЕССОР НЕ ДОЛЖЕН СИДЕТЬ В ТЮРЬМЕ

Источник: Новая газета
В сокращенном виде: «Новая газета» (Москва)


РАСТРАТЫ НЕ БЫЛО - НО ПРЕСТУПЛЕНИЕ ЕСТЬ

Источник: Новая газета


КАК ПРОФЕССОР СТАЛ КАНДИДАТОМ НАУК

Источник: Новая газета


САМОЛЕТОВ ПРОТИВ БОГДАНОВА: КТО ЛЖЕТ?

Источник: zaks.ru


AT AN ICONIC RUSSIAN UNIVERSITY, A RECTOR CLAMPS DOWN

Источник: The Chronicle of Higher Education


МАРИНА ШИШКИНА: «УНИВЕРСИТЕТ ПРЕВРАТИЛСЯ В БЮРОКРАТИЧЕСКУЮ СТРУКТУРУ»

Интервью «Новой газете» от 17.05.2010г.

17 мая в Санкт-Петербургском государственном университете состоятся выборы декана факультета журналистики. Это уже четвертый случай в СПбГУ, когда выборы такого уровня проводятся раньше положенного срока, и не на обычном факультетском, а на большом ученом совете. Марина Шишкина семнадцать лет возглавляла петербургский журфак, но 5 мая этого года была уволена приказом ректора СПбГУ Николая Кропачева. Своими прогнозами о судьбе факультета и Университета в целом Марина Анатольевна поделилась с редакцией «Новой».

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...